Почему нам нравится страдать?
Автор: А. Шишкова, психолог отделения общественного здоровья ГУ «Речицкий ЗЦГЭ»
Есть странная вещь: нам правда иногда нравится страдать. Не в смысле «хочу, чтобы было плохо всегда», а мы сами идем туда, где больно, страшно или грустно. Записываемся на изматывающий спорт. Смотрим ужастики. Читаем тяжелые книги. Залипаем в грустные тиктоки. Включаем музыку, от которой щемит.
Со стороны это странно. Зачем, если жизнь и так не сахар?
Начнем с простого: страдание – это ощущение. А мозг любит ощущения. Любые. Для него хуже всего пустота. Когда «ничего не чувствую» – тревожнее, чем «мне больно».
Физическая боль особенно понятна. Ты бежишь, мышцы горят, дыхание сбивается. Это неприятно, но конкретно. Боль здесь и сейчас. У нее есть причина и конец. И главное – ты сам ее выбрал. Это совсем не то же самое, что боль, на которую ты не соглашался.
Контролируемый дискомфорт дает чувство власти: я могу, я выдерживаю, я живой. Поэтому люди идут в холодную воду, на марафоны, в горы. Это не про саморазрушение. Это про проверку границ и контакт с телом, который мы очень часто теряем.
С эмоциями похоже, только тоньше.
Страшные фильмы – это страх в безопасной обертке. Ты знаешь, что тебе ничего не угрожает, а тело – нет. Сердце колотится, внимание обостряется, а потом приходит облегчение.
Грустные книги и фильмы работают иначе. Они не подбадривают, а будто погружают. В жизни часто нет места для печали – нужно держаться и быть в форме. А внутри все сжато. И чужая история дает редкое разрешение опустить плечи и немного погрустить.
Музыка делает то же самое быстрее. Одна песня – и ты уже в нужном состоянии. Не потому что хочешь сделать себе хуже. А потому что хочешь быть честнее.
С грустными тиктоками не все так просто. Мы смотрим на чужую боль не из любопытства, а потому что узнаем себя. Даже такой контакт все равно будет работать.
И еще. Когда больно, жизнь ощущается настоящей. Все обостряется. В спокойствии трудно ответить себе, кто ты вообще такой. А в кризисе ответ находится быстрее. Главное – не остаться там надолго.
Важно различать: проживать страдание и застревать в нем – не одно и то же. Одно дело – посмотреть тяжелый фильм. Другое – бесконечно просматривать такой контент, потому что без него пусто.
Важнее не то, нравится ли нам страдать, а зачем мы туда идем. За контролем, за чувствами, за ощущением «я не один». И если тянет к боли, пугаться не нужно. Лучше остановиться и спросить себя: чего мне сейчас не хватает?
Страдание – штука грубая, но действенная. Не самый хороший способ, зато часто самый простой. Если относиться к нему не как к проблеме, а как к подсказке, становится легче выбирать дальше. Иногда – что‑то мягче и бережнее.
Страдать нам нравится не потому, что с нами что-то не так. А потому что мы живые. И иногда – очень уставшие.
